Украинская вышиванка ценится во всем мире. Представители диаспоры влюблены в эти сорочки. Многие вывезли за границу. Сегодня в самой Украине наших вышиванок осталось меньше, чем за ее пределами. Как только в 1991-м Украина стала независимой, сюда хлынул поток диаспоры. Из своей исторической Родины люди хотели привезти что-то, что символизировало бы их культуру. У них были деньги гораздо выше наших зарплат. В то время среднестатистический украинец в месяц зарабатывал в пределах 5—10 долларов. Смешно. Если билет от Киева до Львова стоил приблизительно один доллар, то за сколько наши люди продавали рушники и вышиванки заграничным гостям? За копейки! Теперь уже и в Украине начинают понимать цену нашей вышивки.

В Киеве возле метро «Левобережная» приютился антикварный рынок, который собирается каждую последнюю субботу месяца. Это огромный базар. Некоторые даже шутят, что там вращается половина национального бюджета. Колоссальные деньги! Это и букинистическая литература, и живопись, и иконы, и, конечно же, вышивка. Иногда на базаре можно найти уникальные вещи. Цены разные. Старинные вышиванки можно купить и за 200 грн, и за 3000.

На Сорочинской ярмарке или на Андреевском спуске очень много однотипных работ. Сегодня в Украине вышивка уже поставлена на коммерцию, а это неправильно. Есть много людей, которые «клепают» (очень уместное слово) сорочки. Вышивают их акриловыми нитками, крупными стежками на синтетической или полусинтетической ткани. И продают по 500—1000 грн. Эти вещи очень низкого качества. А те, что вышивались на домотканом льняном или конопляном полотне, которое делалось в конце ХІХ — в начале ХХ столетий, — шедевры. Их историческая цена огромна. Наш народ, оказывается, очень богат на такие аутентические вещи.

Я скупаю домотканое полотно из бабушкиных сундуков, потому что знаю ему цену. Его больше не будет! Это не ткань, а золото! Для здоровья полотно очень полезно. В нем надо ходить на работу, спать… А мы таскаем джинсы и китайскую синтетику. Сейчас уже никто не будет делать его руками, как раньше. Если бы нашлись люди, желающие взяться за столь нелегкое дело, то метр ткани стоил бы не 20 грн. К этой сумме пришлось бы пририсовать еще два нуля.

Цивилизация уже практически добралась до всего. Каждый кусочек земли хотят глобализировать. За границей нет такого количества вышивальщиц, как в Украине. Там вышивают машинки. Иностранцы шокированы, что у нас еще можно купить домотканое полотно. Причем за абсолютно смешную цену. Они разводят руками, потому что у них давно такого нет. Если у кого-то остался винтаж, он хранится либо в частных коллекциях и считается большой семейной ценностью, либо находится в музеях. В свободной продаже во Франции или в Англии старинных вышиванок не найти. А у нас народ находчивый, с коммерческой жилкой! Люди ходят по селам и выкупают рушники за бесценок и перепродают втридорога.

Мамина любовь к вышивке, наверное, передалась и мне. Ей уже 78 лет, но она по-прежнему берет в руки иголку. Очевидно, и у меня сработали какие-то гены. Пробовал вышивать немного в школе. Но это были единичные попытки. Студентом, когда нас вывозили на обязательные сельхозработы, я часто не знал, чем себя занять, и как-то вышил одну салфетку. Девчонки тут же подняли меня на смех. И я забросил это дело.

Вообще по образованию я географ и биолог. В 1985-м окончил педагогический университет, и меня направили на работу в Академию наук. Проработал десять лет в отделе экологических проблем. Там же и закончил аспирантуру. Написал диссертацию. Но когда развалился Советский Союз, вся моя научная деятельность стала не нужна. В итоге я потерял интерес к своей работе. Зато приобрел к вышивке. Началось все с хобби, которое постепенно переросло в работу. Год за годом я учился новым стежкам. И когда передо мной встал выбор, я не побоялся изменить свою профессию.

Сколько есть людей, которые получают второе высшее образование, которое им ближе по душе. Первый диплом — это, скорее, желание родителей, второй — непосредственно осмысленное желание самих детей. Я не жалею, что учился в педагогическом. Но много знаний не бывает! Каждый человек по окончании школы должен продолжать учиться. Нельзя останавливаться. А в нашем мире не это главное: вчерашние школьники стараются как можно быстрее устроиться на работу. Об учебе забывают на следующий день после выпускного. Тем самым лишают себя бурной студенческой жизни. Я понимаю, что сейчас время такое — надо зарабатывать деньги… И выпускники идут работать. Грузчиками, кассирами, продавцами… А потом их засасывает так, что уже точно не до учебы.

Владею более 200-ми видами швов. Можно сказать, я книжный ученик, многое сам выискивал по музеям и фондам. Учился по книгам, а также методом распаривания. Что очень непросто. Приходилось возвращаться ко шву по нескольку раз, чтобы разобраться в технике. Потому что есть швы как ребусы — не разгадаешь.

Большинство воспринимает мое увлечение вышивкой с удивлением. Поражаются мои коллеги по предыдущей работе, ведь я десять лет отдал науке. Но, поверьте, много мужчин занимаются рукоделием для души. Однако стесняются и никогда этого не афишируют. Я тоже сначала побаивался насмешек. Но когда вы чего-то боитесь, ваш страх сам притянет неладное. Знаете, как говорят, если человек боится упасть в яму — обязательно в нее свалится.

Сегодня вышиванка становится модной. Здесь чувствуется и внутренняя потребность, и дань моде. На День независимости выйдете на Майдан. С одной стороны, молодежь любит копировать, обезьянничать. Если такие звезды, как Святослав Вакарчук, Олег Скрипка или Сашко Положинский, начинают носить вышиванки, то и молодежь это подхватывает: «Круто. И мы так будем!» Кроме того, в последнее время украинские дизайнеры начали использовать элементы украинской вышивки в одежде. И девочки, которые насмотрелись этого по телевизору, хотят иметь джинсы с яркой вышивкой и в своем гардеробе.

Нынче все селянское считается второсортным, отсталым… Отсюда и много комплексов. Но сельское ближе к природе. И вышивка — это тоже связь с ней. Как бы мы ни погрязли в бетоне и асфальте, нам все равно хочется вырваться из него. Теперь все, кто имеет деньги, старается строить себе дома за городом, чтобы и лес рядышком, и речка. Мы ушли от природы, а сегодня возвращаемся к ней. А ведь еще десять лет назад было модно жить в высотных домах: чем больше этажей, тем элитней считалось жилье. Сегодня все наоборот.

Сейчас можно наблюдать, как у людей развивается определенный вкус. Сначала они купили дешевую сорочку, а потом увидели и оценили другую. Встречаются прогрессивные руководители на фирмах, которые любят организовывать корпоративные вечера в этно-стиле. И когда все одевают вышиванки, есть с чем сравнить. И люди задумываются. Они уже могут отличить штампованную вещь от тонкой ручной работы.

В старину на свадьбу девушка сама вышивала рушники. В настоящее же время все это покупается. А рушник — это прежде всего оберег. Пока что многие воспринимают вышивку как декор. Но декоративная функция ритуальных вещей вторичная. На первом всегда стоит информация, которая туда была заложена. Символы, изображенные на том орнаменте. Поскольку можно же помочь, например, бесплодным парам. Есть же символика плодородия. Известно, что раньше женщины, которые достигали сорокалетнего возраста и не хотели уже иметь детей, выпарывали символы плодородия и вышивали что-то другое или переставали носить сорочки с таким орнаментом.

В прошлом году в Украине проходила акция «Рушник национального единства». Я участвовал как научный консультант. Идея хорошая — вышивать всей Украиной. Но не были соблюдены многие условия. Во-первых, рушник не должны были вышивать мужчины. Хотя по политическим соображениям туда влезли все. И депутаты брались за иголку, и губернаторы… С самого начала предупреждали, что должны вышивать мастерицы, которые хорошо владеют технологией. Кроме того, за рушник национального единства должны были браться молодые, здоровые женщины, не обремененные никакими болезнями. Во-вторых, если хотели, чтобы это действительно был национальный оберег, то не следовало туда вкладывать старческую энергетику. А вышивали все подряд. К примеру, просто повезли в Днепродзержинск на металлургический комбинат, собрали всех женщин и посадили за рушник. Но для чего это? Давайте тогда возить от села до села… Изначально упоминалось же не про массовость. Ну и в Книгу рекордов Гиннесса хотели попасть. Записали самую старшую вышивальщицу (ей 84 года) и самую младшую (ей было всего шесть лет). И что же этот ребенок мог там навышивать? Вышел такой себе пиаровский рушник… Я только в первых четырех областях контролировал процесс, а потом уже не было смысла.